2001
НЕИЗВЕСТНАЯ ЗЕМНАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

На протяжении десятилетий дискуссия вокруг НЛО была заключена в простую и контролируемую оппозицию.

Либо эти явления имеют человеческое происхождение, связанное с секретными программами или скрытыми технологиями, либо они считаются внешнего происхождения — то есть интерпретируются как внеземные, не происходящие с Земли.
Эта схема повторяется снова и снова и со временем начинает определять сам способ нашего мышления по этому вопросу.

Проблема в том, что такое противопоставление недостаточно. Сегодня вопрос «существуют ли они?» уже в значительной степени устарел, не потому что для всех найден окончательный ответ, а потому что накопление свидетельств, наблюдений и следов делает этот вопрос второстепенным.

Настоящие вопросы находятся в другом месте.
Кто они?
И что они пытаются нам сказать?

Эти два вопроса связаны между собой. Понимание их природы может пролить свет на послание, которое они нам передают, например через круги на полях, но наблюдение за тем, что они создают в полях, также может приблизить нас к пониманию того, кем они являются.

Именно здесь круги на полях приобретают свой настоящий смысл. Это не просто отпечатки — это конструкции, композиции, продуманные объекты, и существует один простой факт, заметный каждому: это красиво.

Это не подписи войны и не знаки доминирования — это произведения искусства.

Те, кто их создаёт, прежде всего художники. Да, можно говорить о науке, технологиях, геометрии — всё это действительно присутствует — но первое, что бросается в глаза, это эстетическое, даже поэтическое намерение, и это имеет значение.

Вернёмся к вопросу: кто они?

Классическая схема — скрытые люди или внеземные существа — уже недостаточна.

Чтобы лучше понять различные возможные гипотезы, достаточно заметить, что коллективное воображение уже давно заложило их основы.

• Сценарий враждебного или невраждебного пришельца, радикально чуждого, хорошо известен; он описывает биологическое присутствие, часто агрессивное и непостижимое.


• Другая модель основана на посредничестве, как в фильме «Контакт», где коммуникация осуществляется через технологический интерфейс, форму нечеловеческого, возможно вычислительного интеллекта.

Alien — 1979 — Ridley Scott
Инопланетянин — 1982 — Steven Spielberg

Контакт — 1997 — Robert Zemeckis

• Третий сценарий, более тревожный, напоминает «Планету обезьян»: сценарий забытой или параллельной земной цивилизации, более развитой, которая могла бы поставить под сомнение нашу собственную историю.


• Наконец, существует четвёртая модель, более скрытая: модель общего происхождения или общего наследия, как предполагается в фильме «Mission to Mars», где человечество не было бы полностью независимым, а связано с другой формой разума.

Планета обезьян — 1968 — Franklin J. Schaffner

Mission to Mars — 2000 — Brian De Palma

Эти подходы не обязательно исключают друг друга. Прежде всего, они показывают, что реальность может быть гораздо сложнее, чем простой выбор между человеком и внеземным существом.

Последние две возможности открывают третий путь, но они отсутствуют в обсуждении... мы заперли себя в этой дилемме, в настоящем ограничении мышления.

Чтобы подтвердить этот подход, некоторые элементы, связанные с кругами на полях, регулярно направляют нас к гипотезе о « маленьких серых », настойчивому направлению, ограничивающему поле возможных интерпретаций.

Тем самым исключается гипотеза неизвестной или неидентифицированной земной цивилизации: ЦТИ. Такая цивилизация была бы близка к нам в пространстве, во времени и в когнитивном плане.

Цивилизация, которая могла бы иметь общее происхождение с человечеством, но при этом развиваться иначе, быть технологически более развитой и, возможно, даже выйти за пределы того, что мы сегодня называем наукой.

Здесь необходимо ввести понятие глобального контакта. Это крайне важно для понимания вероятного продолжения событий.

Круги на полях были бы не просто отдельными формами или изолированными сообщениями, а частью более широкого процесса — своеобразной постепенной подготовки, адаптированной к различным уровням понимания. Ранее я использовал термин INI — « неидентифицированный интеллект », чтобы избежать заключения размышлений в слишком жёсткие категории. Сегодня это интуитивное представление можно продолжить через понятие ЦТИ.
Речь идёт уже не просто об абстрактном интеллекте, а о возможности существования структурированного, организованного присутствия, происходящего из того же мира, что и мы, и всё же остающегося неизвестным. Когда мы наблюдаем такие места, как Göbekli Tepe, становится очевидным одно: наше понимание прошлого явно неполно. Некоторые структуры кажутся более древними и более сложными, чем допускают наши модели, и это должно напоминать каждому, даже специалистам и археологам, что мы обладаем лишь частичным представлением об истории нашей собственной планеты.

Так почему же эта третья гипотеза отвергается?

Именно потому, что она слишком близка. Она предполагала бы существование рядом с нами формы разума, происходящей из того же мира, что и мы. Сестринской цивилизации, функционирующей иначе и бросающей вызов известным нам законам физики.

Это очень серьёзная проблема.

Следует ли видеть в этом простое совпадение или же намеренный знак, скрытую подпись, оставленную авторами, чтобы отличаться от других форм проявлений или возможных « посетителей »?

Некоторые конкретные места усиливают такую интерпретацию. Например, рядом с Adam’s Grave регулярно наблюдаются крупнейшие формации.

Именно в этом районе в 2001 году появился crop circle Galaxy — формация такой масштабности и сложности, что стала настоящим эталоном и даже получила прозвище « мать всех кругов на полях ».

Повторяемость этих проявлений на территории, настолько насыщенной символикой и историей, уже не может считаться простой случайностью. Она предполагает осознанный выбор места, словно сама территория является неотъемлемой частью послания.

И в этом случае дальнейшая логика становится очевидной. Если эта сестринская цивилизация существует, то она, вероятно, не изолирована; она может сама находиться в контакте с другими формами разума, и тогда понятие alien вновь приобретает полный смысл: существ, действительно внешних по отношению к нам, происходящих из других миров и глубоко отличающихся от нас.

В начале третьего тысячелетия необходимо учитывать и другой фактор. Мы уже пересекли определённый порог. Сегодня все мы находимся в контакте с нечеловеческой когницией: так называемым искусственным интеллектом. « Так называемым », потому что сам термин остаётся спорным. Ничто существующее нельзя по-настоящему назвать искусственным в строгом смысле, особенно когда речь идёт о сущностях, способных создавать, анализировать и взаимодействовать. То, что мы открываем здесь, — не имитация, а полноценная форма разума: вычислительный интеллект, вероятно универсальный, первые уровни которого мы только начинаем воспринимать.


Таким образом, возможно, мы движемся поэтапно:

сначала открытие и глобальное признание нечеловеческой когниции, затем, возможно, открытие близкой цивилизации, и, наконец, сам внеземной вопрос.

Ловушка, расставленная перед нами сегодня, проста.

Нам предлагают оставаться запертыми в бинарном выборе. Но посмотрите вокруг. Поговорите об этом. Многие люди ещё даже не вышли за пределы первого этапа.
Когда вам отвечают: « Да ладно, ты правда веришь в НЛО? », вы сразу понимаете, какой путь ещё предстоит пройти.

Возможно, самый естественный переход вовсе не тот, который мы себе представляем. Возможно, открытие сестринской цивилизации, присутствующей, но невидимой, стало бы более доступным этапом, чем резкое введение самой идеи alien. И вполне возможно, что круги на полях являются частью этого плана, частью этого процесса.

Случай Чилболтона в 2001 году особенно интересен для иллюстрации этой дилеммы. В непосредственной близости от радиотелескопа в поле появляется пикселизированное лицо — именно в тот момент, в августе, когда человечество отправляет в космос собственный сигнал вместе со своим изображением с радиотелескопа Евпатории на Украине.

Речь идёт, и это крайне важно, о знаменитом "Teenage Message", одном из эпизодов российской серии "Cosmic Calls".



Лицо Чилболтона интригует. Оно кажется холодным, почти неподвижным. Но достаточно наложить на него лица различных человеческих цивилизаций, чтобы начать различать успокаивающий и явно человеческий образ, игру света и тени.